ГЛАВА 12. НЕУДАЧНЫЙ МАССАЖ ПЯТОК

ГЛАВА 12. НЕУДАЧНЫЙ МАССАЖ ПЯТОК

ГЛАВА 12. НЕУДАЧНЫЙ МАССАЖ ПЯТОК

Каждый вечер в субботу, часто после двенадцати ночи, я открывала свой дневник и смаковала каждую его страницу. Большинство моих кратких описаний и замечаний о прожитых днях того времени не были никак озаглавлены. Но в один прекрасный вечер я наткнулась на запись, которая называлась так: «Неудачный массаж пяток???» Я расхохоталась. Часть воспоминаний после чтения дневника обычно вызывали у меня мягкую грусть, тоску по прошлому, беззаботным дням, ощущениям молодости, бодрости, постоянного драйва, и всего того, что очень быстро проходит с годами. Но эта запись подняла мне настроение, вернула уверенность в себе и радость от того, что я уже выбрана самцом и нахожусь под крылышком у мужа. А началась история с субботнего вечера, проведенного у Люды.

Несмотря на то, что Люда была очень эффектной и образованной девушкой, с парнями ей не очень везло. Нормальные ребята почему-то ее избегали. То ли она выглядела слишком красивой и недоступной, то ли еще по какой-то причине. Чаще всего на нее западали либо слишком молодые парни, либо какие-нибудь странные парни. Иногда и то, и другое вместе.

В один из выходных Люда просигналила мне, что очередной субботний сбор состоится у нее в комнате. У нас был условный сигнал, когда вход в ее комнату свободен (т.е. когда ее соседки уезжали по своим районам и деревням). Примерно раз в один-два месяца мы собирались у нее. У ее соседки был видеомагнитофон, которым мы пользовались. Почти с ее разрешения. То есть она один раз обронила, что в редких исключительных случаях мы можем им воспользоваться. Такие случаи были каждый раз, когда соседка уезжала. Репертуар нашего домашнего просмотра не был очень разнообразным, потому что видеокассеты стоили дорого. Нашим приоритетом была косметика, затем одежда, потом еще много разных вещей. Кассеты занимали место во втором десятке. И когда Люда просигналила мне, что есть новая видеокассета, я прибежала к ней с эмоциями ребенка, ожидающего путешествие в Диснейленд. В комнате уже сидел ее новый парень, мальчик явно очень молодой (я даже потихоньку поинтересовалась у Люды, есть ли ему восемнадцать), с ярко — синими глазами и таким пронзительным выражением в них, какое чаще всего встречается у больных в психиатрических отделениях. Моя скорпионская интуиция отрицательно отреагировала на парня, и я разговаривала в его присутствии, тщательно подбирая слова и выражения.

Люда была в хорошем, приподнятом настроении. Она представила нас друг другу. Парня звали Сашей. Он быстро и неловко пожал мне руку. Люда накрыла на стол, разлила вино. Если бы обстановка была более комфортной, я обязательно пошутила бы насчет возраста Саши и его допуска к алкоголю. Но здесь я промолчала. И не зря. Но об этом позже. Когда мы выпили по «чарочке» и расслабились, Саша голосом стажера спросил:

— О чем будем говорить? О кровавых травмах, о вытекших мозгах? О расчлененных трупах? Или о разновидностях поноса?

Люда поперхнулась. Я не выдержала, и выговорила ему в том тоне, в каком моя мама учительница разговаривала с младшими классами:

— Ты что это несешь? Кто говорит за столом о таких вещах? И, кстати, не бывает разновидностей поноса. Врачи используют другие термины.

— Во всех сериалах врачи за обедом только о таких вещах и говорят, — ответил Саша обиженным голосом дошкольника.

Люда молчала. Ей было неловко передо мной, и она не знала, как ей реагировать. Я решила смягчить обстановку. Ясно, что Люда рассчитывала на секс после фильма, и я не собиралась ей мешать. Поэтому сказала мягко и максимально дружелюбно:

— Не надо верить сериалам, Саша. Мы не пьем кофе и не едим пиццу в анатомичке возле трупов. Это противно. И еще там очень воняет. Отбивает весь аппетит. Доставай лучше кассету с новым фильмом. Что ты нам принес?

— Новая фишка года. Называется «Крутой Уокер». Привез мой друг из Москвы.

— Что-то очень подростковое название. Ладно, давай смотреть.

Кассета была плохого качества, временами пропадал звук. Гнусавый переводчик не всегда успевал за героями. Уокер раскидывал плохих парней так же, как это делали красавчики Гойко Митич, Ален Делон, Жан Маре. В конце концов, наш Олег Видов. Многие старые советские фильмы были интереснее по сюжету, игра советских актеров была лучше. Поэтому мы довольно холодно смотрели первую серию. Саше фильм очень понравился, он с энтузиазмом комментировал некоторые сцены. Я даже не запомнила и не записала, какие именно. Помню только его восторженное лицо и подростковую жестикуляцию. Наш застольный разговор плавно перешел на тряпки и косметику, и Саша заскучал. Увидев это, я попрощалась и ушла.

Я вернулась к себе довольно рано – около девяти вечера. Поскольку я рассчитывала провести весь вечер в гостях, и пробыть там допоздна, других планов на сегодняшний уик-энд у меня не было. Я включила телевизор, сделала себе кофе, достала сигареты. В это время в окно постучали. Я страшно разозлилась. Я жила на первом этаже, и никого в окно не впускала. Решетки у меня не было, но я считала себя в безопасности, потому что общежитие было семейным, и многие женщины сидели дома с детьми. Таким образом, внутренний двор, куда выходило мое окно, всегда был под присмотром, а через проходную чужаков не пускали. Я отодвинула шторы и взялась за ручку оконной створки с намерением жестоко покарать нарушителя моего спокойствия. Когда я открыла окно, мне прямо в лицо уперся большой букет цветов, который заслонил весь обзор. Это были мои любимые лилии. И моя злость сразу улетучилась.

— Привет, Лена! Открой окно шире, я сейчас влезу.

Я высунулась в окно и увидела Андрея. Андрей был рабочим того цеха, который я курировала. Месяц назад он был у меня на больничном с бронхитом, потом несколько раз приходил в поликлинику просто так поболтать. Поликлиника находилась на территории завода. С его слов, у него была девушка, которая тоже жила в этом общежитии. Он со второй встречи называл меня на «ты», и я тоже стала ему тыкать. Андрей называл на «ты» и всю администрацию завода. Я попыталась его урезонить:

— Андрей, я никого не впускаю через окно!

— Почему? Это ведь очень удобно.

Я считала, что если парню один раз покажешь вход через окно, то он перестанет приходить через дверь. Но тут поняла, что объяснять принципиальность своей позиции не имело смысла. Я взяла букет.

— Что ты хотел?

— Моя Наташка уехала в деревню. Я просто хотел в твоей компании попить чаю с конфетами.

И Андрей достал коробку шикарных конфет.

— Ладно, влезай. Но учти, что второй раз я тебя не пущу через окно. Приходи в гости через дверь. И лучше в поликлинику.

— Хорошо, как скажешь.

Андрей подтянулся и вскочил на подоконник за одну секунду. Увидев это, я поняла, что теперь буду думать только о том, как бы поскорее поставить решетку на свое окно.

Я поставила чайник, налила чаю в чашки. Букет поставила в воду. При этом я обратила внимание, что цветы обломаны, а не срезаны. Я поняла, что Андрей оборвал чью-то клумбу, но не стала на этом акцентировать внимание. Андрей был очень начитанным и интересным собеседником. Он увлекался космосом, тоже любил фантастику. Правда, больше старую советскую. Наши вкусы совпадали, когда он говорил про Станислава Лема. Мы с восторгом обсуждали «Звездные дневники Ийона Тихого», «Возвращение со звезд». Нам обоим очень нравился фильм Тарковского «Солярис». После Юры это был второй парень, которому нравился «Солярис». Мы так увлеклись разговором, что не заметили, как пролетело три часа. Закончились и конфеты, и сигареты. Я без выкрутасов сказала Андрею:

— Тебе пора уходить. Тем же путем, каким зашел.

Андрей с искренним выражением доброго щенка сказал:

— Подожди. Ты, наверное, сильно устаешь на работе. Нагрузка на ноги большая. Давай я тебе сделаю массаж стоп и пяток. Недавно научился по журналу. Усаживайся поудобнее.

Наверное, я была дезориентирована фантастическим флером, который еще витал в воздухе моей комнаты. Или сильно устала. Поэтому согласилась. Я пересела на кровать, а Андрей уселся на пол передо мной. Я скинула тапки, он взял мои ноги в свои руки. У меня был длинный халат, он надежно закрывал колени.

Я хотела что-то сказать, но Андрей меня остановил:

— Подожди, мне надо сосредоточиться.

Андрей начал делать мне массаж. Он методично и нежно растирал мне каждый палец стопы, поочередно сначала правый, потом левый. Минут пятнадцать мы молчали, потом он спросил:

— А что ты скажешь про то, что некоторые поклонники Лема считают его самым логичным писателем-фантастом?

В ответ я собралась изречь нечто чрезвычайно интеллектуальное и глубокомысленное. Однако мои мысли уже путались, тело тоже начало жить своей жизнью. Я поняла, что массаж резко уменьшил мои когнитивные способности, снизил концентрацию внимания и привел в возбуждение поверхностные рецепторы не только на стопах, но и намного выше их.

— Да, это похоже на правду, — пролепетала я.

Андрей продолжил свой массаж, и мое тело вообще стало себя вести очень странно. Руки не слушались, ноги тянулись к рукам Андрея. Когда он стал делать массаж все выше и выше, мое тело уже страстно хотело этого. Несмотря на то, что я получила высшее медицинское образование, такой эффект от массажа стоп не был мне известен. И ни в одном медицинском учебнике, среди тех, которые я штудировала в медуниверситете, это не было описано.

Однако Андрей не был ни коварным интриганом, ни продуманным соблазнителем с запутанными стратегиями. Он был просто в полной гармонии со Вселенной, действовал по наитию, и обладал острым ощущением зова природы, и здоровыми интересами натурала. Что было дальше? Как сказал классик в своем известном романе (кажется, Стендаль, а, может, Бальзак?): она упала в его объятия, как созревший плод.

Утром, когда он встал, он сказал вслух, но как бы про себя:

— Интересно, неужели я люблю двух женщин?

Я молчала. Мне хотелось, чтобы он скорее ушел. Он и ушел. Через дверь.

Я встала, попросила у соседки сигарету, заварила себе кофе. Затянулась. Мысли путались. Наверное, я должна была чувствовать себя использованной, или испытывать еще какие-то отрицательные эмоции. Но я чувствовала только здоровую потребность поесть и небольшую усталость от ночного бдения и секса. Никаких негативных мыслей в голове не было. Мой мозг отказывался анализировать то, чего не чувствовало тело. И я пошла в душ.

В обед пришла Люда. Она была очень возбуждена. Как только я закрыла входную дверь, она с возмущением сообщила мне:

— Этот малолетка стащил мои любимые стринги!

И я поняла, что не только у меня было неудачное стечение обстоятельств. Люда месяц назад ездила в Польшу, купила себе красивое белье. У нее было несколько особо любимых комплектов, которыми она очень дорожила. Как назло, она одела один из них в тот вечер, когда мы смотрели «Крутого Уокера». Позже сериал вошел в моду, но Люда его больше никогда не смотрела. Когда кто-то при ней произносил «Крутой Уокер», она сразу вспоминала, как лишилась своего любимого и дорогого белья. Поскольку Люда была Львом, то ее негодование чувствовали все окружающие. Даже пространство вокруг сжималось, когда злилась Люда. Поэтому в ее компании этот фильм был под запретом.

По лицу Люды я видела, что произошло что-то еще. Я не стала допытываться. Знала, что Люда расскажет сама, ей надо просто расслабиться. Я молча полезла в свой минибар и достала бутылку «Токайского», которую берегла для какого-нибудь особого случая. Люда достала шоколадку. Это означало, что она была настроена на такой поворот сюжета. Хотя мы когда-то оговаривали, что накануне работы не пьем. Я достала бокалы, разлила вино. Мы молча выпили по два бокала, размышляя каждая о своем. Люда достала пачку сигарет. Когда мы затянулись, она резко повернулась ко мне и спросила:

— Как ты считаешь, я похожа на учительницу?

Я прожила с учительницей семнадцать лет, поскольку она была моей мамой. На мой взгляд, Люда настолько же не походила на учительницу, как вулканец Спок не был похож на клингона. Люда пришла ко мне в своей любимой кофте с глубоким вырезом. Учителя в маминой школе такого никогда не носили. На мой взгляд, даже в темно-коричневом платье, застегнутом на все пуговицы до подбородка, Люда не была бы похожа на учительницу. Поэтому я сказала безапелляционным маминым тоном:

— Конечно, нет.

Однако Люда не успокоилось:

— Что обычно говорят мужчины во время секса?

Я пожала плечами. Я не считала себя ни специалистом, ни экспертом в этой области.

— По-моему, они обычно молчат. Самые умные и опытные делают комплименты о какой-нибудь части твоего тела.

— А как бы тебе понравилось, если бы парень в самый разгар секса сказал, что ты очень похожа на его учительницу?

Я засмеялась. Потом посмотрела на взбешенное лицо Люды, и прикусила язык.

— Давай выпьем, — сказала я. Чем можно было еще утешить подругу?

Распив бутылку, мы докурили пачку сигарет. Люда немного успокоилась. Разговор не клеился. Каждая из нас думала о своем. У меня не было желания рассказывать Люде о своем приключении. А Люда все сокрушалась о своих любимых стрингах.

«Ты просто заплатила за секс, как это делают некоторые женщины в определенном возрасте», — подумала я, но вслух произнести побоялась. Не хотела почувствовать на себя гнев Льва.

«Токайское» не произвело должного эффекта, и с тех пор я его не люблю.

Через месяц я рассказала Люде о массаже пяток и его последствиях. Потом добавила, что это произошло в тот же день, когда она была учительницей без стрингов. К моему удивлению, Люда мне посочувствовала, а не стала подтрунивать.

— Интересная комбинация из звезд была на небе, если такие приключения выпали и Льву, и Скорпиону, — высказала Люда свои мысли. Этот вывод нам очень понравился. Люда тоже сказала, что никогда не слышала о том, что стопа может быть эрогенной зоной, не говоря уже про пятки.

Много лет спустя в одном из зарубежных сериалов я услышала:

— А вы знаете, что даже массаж пальцев ног может возбудить женщину?

— О да, еще как знаем! – ответила я экрану телевизора. Я была в комнате одна.

0

Автор публикации

не в сети 5 месяцев

Ваш Админ

143
Комментарии: 0Публикации: 169Регистрация: 26-06-2017

Комментарии:

Добавить комментарий

Войти с помощью: 
Авторизация
*
*
Войти с помощью: 
Регистрация
*
*
*
Пароль не введен
Войти с помощью: 
Генерация пароля